Алеш Вальчик

 

Алеш Вальчик является вторым членом Ателье Вальчик, который пока полностью посвящает себя живописи. Несмотря на то, что Алеш стал членом Ателье как обученный фотограф, он остается верным живописи. Наряду с такими исчезающими жанрами, как, например, пейзаж, ведута  или марина, он культивирует все реже встречающуюся технику  акварели. Может быть, что именно акварель, вызывающая напряжение между расфокусированным и отфокусированным изображением, приближается зарождению фотографического образа. Но таким же образом можно вести  поиски общего знаменателя фотографического и живописного начал в замаскированной открыточности ведут и марин, однако такого рода спекуляции только очень приблизительно постигают еще один подход к живописи, представляемый группировкой Вальчиковых. Сначала этот подход характеризовался трезвой ограниченностью живописи техникой и жанром. Жанровая гомогенность была позже прервана букетами и несколькими натюрмортами, однако верность технике осталась. Как будто жанровая разнородность является общим знаменателем Ателье, а,  монотехничность, в свою очередь, его дифференцирующим фактором. Но можно погрузиться еще глубже. Вальчики отличаются еще и по видам изображаемых пейзажей. Картины Йозефа Вальчика большей частью монохроматичны и идеальны; пейзажи Магды Вальчиковой, в свою очередь, разноцветны, конкретны, и на них изображаются  обобщенные чешские и моравские пейзажи; картины Алеша такие же богатые красками, но они намного более разнородны. Он рисует не только места свой родины, но часто и экзотические природные и городские пейзажи. С точки зрения использованной техники и художественной манеры Йозеф Вальчик, в свою очередь, предпочитает более размашистый жест. Магда Вальчикова тяготеет к полярности мелкого пастозного пятна и плоскостной формы. Алеш Вальчик, как акварелист, наоборот, извлекает выгоду из контраста прозрачной цветной плоскости и непроникновенной природной или цивилизационной формы. Важную роль в его творчестве, таким образом, наряду с цветом играет и свет, проникающий через переменчивую среду к основанию, которое обычно белого цвета. Цвет от него отражается, отчасти в нем остается, или, наоборот, частично поглощается холстом, и частично селективно отражается в соответствии с характером более связного цветного пигмента. Кроме того, речь может идти о  заслоненном цвете, бросающем тени разной интенсивности. Поэтому в картинах Алеша Вальчика, намного более значительную роль, чем у Йозефа и Магды, играют две стихии: вода и воздух. Они не только лучше всего отвечают характеру акварели, но и на уровне знаков ссылаются на нее. По той же причине пейзажи отличаются низким горизонтом, так что большую площадь занимают облака, дополняемые обширными водными площадями озер и морей. Эти две стихии образуют горизонтальное построение картины. Две горизонтальные среды соединены вертикалями разнообразного характера, чаще всего деревьями, стволами цветов, а также стержнями судов или домовыми трубами. Переменчивые, неустойчивые световые качества неба и водных площадей в противовес к более стабильным цветовым свойствам деревьев, домов, лодок, представляют собой границы, в рамках которых разыгрывается многообразная и чуткая игра переходов. И речь опять идет, главным образом, о переходах цветов и света. Кроны деревьев, околоцветники цветов, пятна на стволах деревьев, являются областями, где горизонтали и вертикали зацепляются и создают мелькающие световые эффекты. Акварели, в самом деле, находятся где-то на грани живописи и фотографии. Между тем как фотографический образ возникает физическим воздействием света, который не только выявляет цвета, но и, в то же время, закрепляется в них, акварельная картина возникает путем физического воздействия цветных пигментов и воды. В этой отчасти намеренной авторской оркестрации, и отчасти случайной игре природы обозначаются трассы для света, которое эти цветовые трассы опять соединит и приводит в рифмическое колебательное движение. Может быть, что именно эта промежуточная позиция устраивает Алеша Вальчика пока больше всего.

Доцент Мариан Зерван, PhD. (1952) теоретик искусства, эстетики и современной архитектуры. Автор книг о сакральной иконографии, а также куратор выставок о современной словацкой архитектуре дома и за рубежом, в каталоги которых написал обширные статьи. Работал в должности доцента на факультете архитектуры Словацкого технического университета в Братиславе, и в настоящее время работает в той же должности в Высшей школе изобразительных искусств в Братиславе.